ПЕРСОНАЖИ И ФРАКЦИИ
В.: Если место действия Исландия — я могу взять персонажа-иностранца?
О.: Можете. Только учтите, что попасть сюда вы могли только задев аномалию, которая географически расположена в Исландии. Значит, вы должны были в ней находиться хотя бы проездом.
В.: Могу ли я играть за ребенка?
О.: Да, но с ограничением. Ребенок мог попасть в город, только если погиб от руки другого грешника, который также находится в Равенхауге. Такие персонажи принимаются по чужим акциям и при согласовании с амс.
В.: Могу ли я играть за Тварь (Huldufólk)?
О.: Нет. Твари являются неигровыми персонажами (НПС), управляемыми мастерами, так как их природа и способ коммуникации не подходят для отыгрыша от лица игрока.
В.: Могу ли я играть за подменыша?
О.: На данный момент — нет. Необходимые для сюжета подменыши набраны, но в будущем все может измениться. Следите за новостями.
В.: Есть ли магия, сверхспособности или нечеловеческие расы?
О.: У обычных людей, попавших в город, способностей нет. Рейдеры получают некоторые особенности и ограничения вследствие «контракта крови» с Huldufólk. Играбельные расы, не указанные в матчасти, не предусмотрены.
В.: Чем отличается фаталист, не верящий в учение, от изгоя?
О.: Ключевое различие — в действии.
Фаталист — пассивный скептик. Он может не верить, но принимает правила города как данность, как законы физики. Его конформизм не разрушает коллективную иллюзию.
Изгой — активный скептик. Он не верит и действует: ищет правду, нарушает табу, расследует аномалии, тем самым разрушая иллюзии и лишая себя ресурсов.
В.: Что, если ни одна фракция мне не подходит?
О.: Возможность создания новой, небольшой группы обсуждается индивидуально с администрацией проекта.
В.: Как фаталист может попасть в охотники? Есть ли какие-то внутренние регламенты?
О.: Если человек долгое время (месяцы, год) был образцовым жителем, не задавал лишних вопросов, физически крепок, психологически устойчив и сам изъявил желание — его могут взять в пару к опытному охотнику. Дальше его ждут недели или даже месяцы работы на границе Леса — ближние ловушки на мелкую дичь, сбор грибов/ягод у самой кромки, ремонт изгородей. Никаких глубоких вылазок. Остальные смотрят, как он себя ведет. На послушание, на то, как Лес его принимает, потому что даже днем это может ударять по мозгам. На хладнокровие и умение не задавать лишних вопросов.
Идеальный охотник-фаталист видит в Лесе только источник ресурсов и угрозу, а не загадку, которую стоит исследовать (не строгое правило - тут главное не спалиться или попасть к лояльному командиру в бригаду). Потому что охотники самая рискованная группа, из них часто выходят изгои, их тщательнее остальных проверяют на благонадежность. Если не отсвечивать и показывать свою полезность, со временем естественным путем перетекаешь из группы новичков в основную группу.
В Лес никогда не ходят в одиночку. Минимум двое. Опытный + новичок или два опытных. Есть утренние и дневные вылазки. Есть графики — потому что долго в Лесу находиться не стоит в любое время суток, но ими все равно иногда пренебрегают. Шериф это лично отследить не может, поэтому все на совести главного в бригаде, можно условно считать, что в бригаде минимум по четыре человека. Если охотник свободен от вылазки, от другой бытовой работы он не освобождается.
Все добытое сдается прямо на склад (в Ратушу), а не в дом. Личный расчет — только по общей системе пайков (им может полагаться чуть увеличенная норма). Если в Лесу напарник пропал, с ним что-то случилось или он начал вести себя неадекватно — второй обязан вернуться один, не пытаясь спасать. Либо, если силы равны, попытаться привести его в чувство или вырубить, дотащив до города. Но в приоритете всегда собственная жизнь, потому что потеря двоих хуже потери одного.
В.: За что именно можно стать изгоем?
О.: Изгоем можно стать, открыто нарушая правила. Если вы просто не ходите на службу, то скорее всего вас вызовут на личную беседу с Пастырем, чтобы понять, человек вы или жук. Пастырю на руку вас переубедить и обратить в веру, на этом держится его авторитет. Так что тут может быть множество вариантов, начиная от откровенного сомнения в словах Пастыря, сомнение в избранности, отказ от участия в ритуалах и службе, тунеядство, открытые конфликты с власть имущими, попытка ухода в Лес, но все это должно так или иначе стать достоянием общественности, потому что среди фаталистов есть те, кто не слишком-то верит в слова воцерковленных, но просто помалкивает, чтобы не потерять привилегии.
В.: Если я изгой, значит, я должен понимать, что мир нереальный? И почему бы нам просто всем вместе, раз вера коллективная, не придумать дверь, которая выведет нас домой?
О: У вас может быть своя версия происходящего. Как жители на сто процентов могут понять, что мир нереальный, если они испытывают голод, холод, чувствуют боль (и тут не работает правило сна «ущипни себя, чтобы проверить, спишь ли ты»), истекают кровью и умирают? Даже сам Пастырь не слишком в этом уверен, хотя у него на руках гораздо больше информации. Известен только факт, что мир сопротивляется исследованию его законов, и его реакцию Пастырь трактует как наказание, что укладывается для большинства в рамки христианского мировоззрения.
Почему они не объединяются, чтобы «вообразить» что-то полезное? Потому что это потребовало бы активного, целенаправленного творения, а не пассивного принятия.
Лимб не предназначен для исполнения желаний. Это по сути своей ловушка, созданная травмой и нарушенной границей. Лимб не доброжелателен, и он не дает людям то, что они хотят. Он дает то, во что они верят по умолчанию, на уровне шаблонов обычной жизни. Это отражение их пассивного ожидания, а не активного творчества.
В.: А если я навыебывался до изгнания, но передумал и хочу под крыло Пастыря обратно, это возможно?
О.: Пастырю важнее укрепить авторитет, так что да, вас примут обратно в общество воцерковленных, если вы покаетесь будете молиться поститься и слушать радио радонеж и будете вести себя согласно всем предписанным правилам, но пригляд за вами первое время будет крайне пристальный. Опять же, скорее всего вас переселят жить под надзор какого-нибудь доверенного лица, если не под опеку самой церкви, так что к этому нужно быть готовым. С социальной точки зрения — низшее место в иерархии, невозможность самому выбрать, куда идти работать и в целом повышенный контроль со стороны церкви.
В.: Какие есть «дебаффы» и как они воздействуют на рейдеров?
О.: Для рейдеров справедливы все те же уязвимости, что и для Тварей: железо, огонь, протяжные громкие звуки (звон колокола, плач младенца), бегущая вода (ручьи, реки). На рейдеров воздействуют амулеты: так, рейдер не может войти в дом, защищенный амулетом, не получив приглашения, но если где-то окажется открытое, не заколоченное окно - пеняйте на себя.
Чем дольше рейдер на контракте с Тварями, тем «дебаффы» ощущаются болезненнее: железо прожигает кожу, как раскаленное, животный страх вызывает даже огонек спички или зажигалки и т.д. При этом перетерпеть неприятное ощущение или защитить себя от боли все еще можно: например, сталь достаточно брать в перчатках.
В.: Можно ли стать рейдером, если ты в городе недавно?
О.: В идеале, чтобы стать рейдером, персонаж должен сначала побыть исследователем/охотником, затем неоднократно ходить в Лес, и наконец, заключить там кровавый договор. Весь этот путь требует времени, особенно с учетом того, что Лес — главное табу. Контракт с Тварями подразумевает некоторое с ними взаимодействие до, потому что им всегда вкуснее вас кошмарить, а не одаривать.
В теории рейдером можно стать, даже если оказались в городе не так давно. Но, в любом случае, для начала вам, конечно, нужно будет вообще узнать, что рейдеры существуют и что под собой таят. Это не предполагает, что персонаж, едва появившись, уходит в Лес и бежит в объятия первой попавшейся Твари. Потому что вас просто схарчат или сведут с ума. Контракт предполагает большую осознанность, чем человек может предоставить на первых этапах погружения в Лимб.
Если игрок хочет сыграть «свежего» рейдера, это можно обосновать сильной изначальной травмой и фанатизмом (но тут скорее всего нужна какая-то подвязка конкретно к Исландии, потому что маловероятно, что приезжие так уж глубоко погружены в мифы и легенды), которые привели к быстрому «обращению». Это будет случай, требующий согласования и крепкого обоснуя, однако мы не против такого поворота.
В.: Какие последствия ждут рейдера, если он по каким-либо причинам не будет обновлять контракт крови?
О.: Без обновления контракта рейдеры слабеют, метка со временем начинает болеть и сильнее кровоточить, а противостоять «дебаффам» становится сложнее. У вас уже не получится просто перетерпеть боль от прикосновения к железу или колокольный звон, а все физические преимущества перед обычными людьми будут сходить на нет.
