Исландия, рубеж XX–XXI веков.
На волне экономического бума и технократической гордыни правительство одобряет грандиозный инфраструктурный проект — скоростную железнодорожную магистраль «Iceland Express», призванную соединить международный аэропорт Кефлавик со вторым по значимости городом страны, Акюрейри.
Для ее воплощения в Исландию привносят то, чего в ней никогда не было: масштабные хвойные лесозаготовки для шпал, иностранную тяжелую технику, целые поселки для рабочих-мигрантов.
1999 год.
Трассу решено проложить по кратчайшему пути, вдоль кромки древнего леса у тихого городка Равенхауг. Несмотря на предупреждения местных старейшин о старых камнях и «невидимых границах», бульдозеры сдвигают межевые валуны, столетиями отмечавшие границу владений Huldufólk — Скрытого народа.
2000 год.
Во время финальных взрывных работ в месте древнего кургана происходит «необъяснимый катаклизм». В официальных отчетах — масштабный оползень, поглотивший технику и часть поселка. В реальности — произошел разрыв ткани реальности, вследствие которого скрытый народ получил возможность безнаказанно проникать в мир людей и лакомиться вдоволь не просто человеческим страхом, но и живой плотью.
Кнуд Хьерлейвссон — коренной житель этих земель. Его семья веками охраняла границу с миром Huldufólk, знала их язык (перевернутый староисландский) и правила. Твари могли выходить в наш мир лишь в особые дни (Йоль, Мидсоммар, праздники колеса года), питаясь людским страхом.
Когда строители взорвали межевой камень и прорвали завесу, произошло первое столкновение со скрытым народом воочию: твари напали на людей. Кнуд, понимая катастрофические последствия случившегося, попытался восстановить границу, но сам провалился в лимб — целиком, вместе с физическим телом.
Первые люди, попадавшие в лимб, становились добычей тварей. Кнуд, используя знание рун, создал защитные узлы (которые до сих пор охраняют некоторые дома в Равенхауге) и огородил безопасную зону. Он верил, что его жертва сработала и заплатка на границе встала как надо.
Со временем в лимб стали попадать другие люди — уже не физически, а как «проекции» своих травмированных сознаний. Кнуд, видя это, понял: защита дала сбой. Она работала для людей, но держала тварей внутри лимба, не давая им возможности покинуть его даже в привычные дни года. Кнуд стал помогать новоприбывшим, выстраивая уклад в Равенхауге.
Затем появился Пастырь. Кнуд, нуждаясь в союзнике, частично посвятил его в тайны места. Пастырь узнал, что граница держится лишь благодаря силе Кнуда, и решил: смерть Хьерлейвссона распахнет проход назад, в реальный мир. В то время никто внутри лимба не подозревал, что их физические тела лежат в коме, и именно поэтому Пастырь считал побег возможным.
Но просто убить Кнуда было нельзя — без защиты твари тут же сожрали бы и самого Пастыря, стоило только выйти из безопасной зоны. Тогда он пошел на сделку с тварями, заключив с ними «контракт», тем самым номинально став первым рейдером. Но он неправильно истолковал их требование: твари хотели живого старейшину (Кнуда) для окончательного разрыва границы, а Пастырь воспринял это как приказ избавиться от угрозы.
Убив Кнуда, Пастырь не выполнил условия контракта. Твари, лишившись единственной возможности вновь открыть границу, сочли сделку невыполненной. Контракт «повис» на Пастыре, сделав его вечной мишенью для охоты со стороны Huldufólk. Чтобы выжить, ему пришлось сплотить вокруг себя людей, создав Церковь Грядущих Дней и установив ритуалы, которые лишь имитировали контроль над ситуацией.
Позже в лимб попала Хельга — жена Кнуда. В реальном мире она заметила, что твари перестали выходить в Йоль, а вскоре вокруг аномалии вновь начали случаться странные случаи. Осознав, что граница восстановлена неправильно, она покончила с собой, чтобы попасть в лимб и найти мужа.
Узнав от Пастыря, что Кнуда «сожрали твари», Хельга не поверила, но осталась в церкви, чтобы выяснить правду.
Хельга знала, что границу можно восстановить с помощью «подменыша» — ребенка, рожденного уже внутри лимба. Полукровное дитя способно было восстановить исходный порядок вещей, однако все, кто находился в лимбе в тот момент, погибли бы. Пастырь же, опираясь на кельтские мифы, понял это буквально: что ребенка должны подменить на другого.
Когда в Равенхауге родился мальчик по имени Томас, Пастырь возложил на него все свои надежды. Он позволил мальчику свободно гулять, ожидая, что твари его «подменят». Но годы шли, а ничего не происходило. Накопившееся раздражение и отчаяние привели к ссоре с Хельгой, в которой Пастырь проговорился о своем истинном желании — выбраться любой ценой, даже ценой всех жителей.
Хельга осознала его истинные цели и вынудила Томаса бежать в Лес. Пастырь, пытаясь исправить ошибку, организовал поисковые отряды (будущих «охотников»), но мальчик исчез бесследно.
Акт первый.
глава первая
Обычно новеньких находит кто-то из местных. Регламент неизменен: доставить к шерифу, затем — в медпункт, расселить, попутно выяснив, когда человек появился и откуда пришел. Но Йонас стучит в дверь шерифа сам, хотя город ему совершенно незнаком, и местные жители клянутся, что видят его впервые.
В разговоре Олаф выясняет, что Йонас провел в Лесу около недели и ни разу не попался тварям. А еще — он не помнит свою фамилию, только имя. Шерифа это настораживает, но он все равно отдает новоприбывшего в руки представителям Церкви. Хотя подспудно Олаф догадывается, что этот человек в будущем доставит ему массу проблем.
Йонас понемногу обживается в общинном доме под присмотром верных божьих слуг. А спустя время в Равенхауг приходят Сюзанна Ларсдоттер и Даниэль Ормссон. Их машина глохнет на магистрали, милю не доехав до железнодорожной платформы.
Сюзанна глубоко беременна — 31 неделя. Супруг вез ее в крупный перинатальный центр на сохранение, поскольку беременность протекала тяжело. Но им не повезло с погодой, и машину снесло в кювет, где она намертво заглохла. Пара отделалась поверхностными ранами и ушибами. Но их все равно первым делом провожают в больницу, а после — к Пастырю, который провозглашает женщину едва ли не святой, а ее будущего ребенка — Спасителем.
Ведь в городе практически нет детей. А те, что есть, никогда не меняются и, к сожалению, быстро гибнут, оставшись без строгого надзора.
Хотя власть Пастыря прочна, а его паства — крепка в своих убеждениях, в последнее время жители будто бы начали по-особому чувствовать уходящее время. Все больше людей отправлялись в изгои, несогласные с заведенным порядком. Все больше верующих впадали в мрачные состояния, не видя для себя выхода.
Поэтому, когда в городе появляется беременная женщина, что сулит рождение ребенка внутри кургана впервые за много лет, Пастырь видит в этом перспективу и провозглашает ребенка будущим мессией. Его религиозный пыл пугает Сюзанну. Даниэль тоже не в восторге от ситуации, однако кое-как он убеждает жену не рубить с плеча и остаться в доме людей, готовых дать им приют. Как-никак, в городе есть работающая больница, а Сюзанне день ото дня все тяжелее.
Даниэль не верит, что из города нет выхода, но решает проверить это самостоятельно. Однако для этого ему нужно оставить супругу в безопасности. Женщину поручают заботам Руны и ее бригады.
Пастырь же начинает готовиться к рождению будущего спасителя. По городу прокатывается волна слухов, что искупление близко и все жители Равенсхауга смогут вернуться домой.
Эта весть доходит и до рейдеров, которые решают выяснить все лично. Под давлением всеобщего любопытства они подступают к городу, занимая несколько пустующих домов за железнодорожной веткой к юго-востоку.
Хронология эпизодов первого акта:
глава первая:
koma nýrra laga : Йонас и Олаф.
aus meiner haut : Фрея и Йонас.
